12+  

Бизнес с металлической основой

Автор 
Оцените материал
(1 Голосовать)
Бизнес с металлической основой Бизнес с металлической основой

Фото А. Петухова

Встреча с нашим давним надёжным партнёром Ренатом Гималетдиновым планировалась с самого начала реализации проекта «Бизнес по-устькатавски», но время пришло именно в ноябре, когда его бизнесу исполняется 30 лет. Получается, по сути, что наша газета и бизнес Гималетдинова — ровесники. И мы реально плотно сотрудничали все эти годы. Стало интересно вспомнить наиболее яркие моменты.

— Ренат Гумерович, помню, как мы рассказывали нашим читателям, когда у Вас появился станок для изготовления сетки рабицы. Были мы с фотокорреспондентом и в бывшем овощехранилище, где разместился станок для производства профнастила. А вот как Вы пришли в бизнес, не знаю. Расскажите.

— В ноябре 1992 года я получил свидетельство о предпринимательской деятельности № 62, то есть вошёл в первую сотню предпринимателей Усть-Катава и до сих пор остаюсь в бизнесе и продолжаю его развивать.

— Как Вы на это решились? Это же был период, когда Советский Союз только развалился. Вас воспитывали в социалистической стране с плановой экономикой, а бизнес — это атрибут капиталистического строя, о котором Вы представления не имели.

— Я был молодой и хотел зарабатывать для своей семьи. На заводе это становилось невозможно. Думаю, все помнят период 90-х. Нужно было искать другие варианты.

Начинал с Андреем Варламовым. Мы с ним товарищами с детства были, вместе учились. У нас тогда фирма своя появилась «Внедрение», а параллельно я открыл своё ИП.

— По какому профилю?

— Мы сразу занимались железом, трубопроводной арматурой. Возили сантехнику — это был очень востребованный товар. Унитаз, раковину в магазине было не купить. Мы поставляли эту сантехнику на стройки в ближайшие города. Возили газовые и электрические плиты. Но в основном были всё-таки сантехнические изделия, отводы.

Вообще, если вспомнить, как начинали… Интересно всё было, ведь начало нашего бизнеса идёт из 90-х, когда бартер был во главе торговли. Мы свои отводы меняли на муку, на сахар. Цепочка от производства товара до получения денег за него иногда была очень длинной.

Приезжаешь, например, в какой-нибудь водоканал Башкирии. Там человек сидит. Он говорит, что отводы нужны, но денег нет, а есть должники. Даёт нам документы, мы едем к должнику, получаем у него товар. Потом акты взаиморасчётов составляются. Нам, чтобы деньги получить, нужно было продать полученный товар.

У нас как-то раз была цепочка. Отводы мы поменяли на резину для КамАЗа. Резину поменяли на подсолнечное масло в бочках. Масло увезли в Улу-Теляк на ферму пушных зверей. Машину масла обменяли на шкурки. Шкурки я повёз в Брянск на швейную фабрику. Там сшили пальто с воротниками из наших шкурок, рассчитались с нами пальто и камуфляжными куртками, которые тогда только входили в моду. На рынке в Усть-Катаве и на рынке Трёхгорного наш человек торговал этими пальто и куртками. Вот так было даже.

Году в 1995-м я подтянул к бизнесу брата Наиля, который стал самым надёжным партнёром на долгие годы. Мы тогда решили сделать упор только на металл. Начали производить отводы и лет десять этим занимались, для чего приобрели специальное оборудование.

Когда начали производить отводы, стали возить трубу, из которой их делали. Появился спрос на трубу, потому что до этого люди пытались выписывать её на заводе, ещё где-то добыть. А тут появилась возможность просто купить. И люди начали обращаться.

— Где находилось ваше предприятие?

— Совместное с Варламовым «Внедрение» находилось в полуподвальном помещении девятиэтажки. А потом купили базу в том же районе, где мы находимся сейчас. Там именно было установлено оборудование для производства отводов. Но люди уже спрашивали и другой металл, потом стали просить сварить. Тут к нашему делу уже подключился младший брат Артур. У него своё ИП, он сварщик и занимается именно этим направлением. У нас же с Наилем было производство. Мы попутно запустили производство сетки рабицы. Потому что я как-то привёз эту сетку себе на забор, сложил до весны, а люди приходили, видели её и просили продать. К весне у меня ничего не осталось. Я задумался, почему бы не освоить её производство?!

Скажу честно: дело это оказалось не слишком простым. Чтобы обучить человека хорошо работать на станке, надо два-три года.

— Я помню, что ещё ваше предприятие выпускало профнастил, а оборудование находилось в бывших овощехранилищах в Шубино.

— С помещениями под производство было сложно. Их, по сути, не было. Приспосабливали более-менее подходящие. Мы арендовали тогда овощехранилище. Сейчас, когда выкупили помещения электросетей, построили тут цех, перенесли оборудование по производству профнастила сюда, в нагорную часть города. Честно сказать, очень неудобно, когда производства расположены в разных местах.

— А на профнастил-то как перешли?

— Когда торговали металлом, обратили внимание, что появился спрос на кровельное железо. Одно время ведь заметно город начал преображаться. Очень много частных домов стали приводить в порядок: перекрывать крыши, облицовывать сайдингом. Когда появился спрос, мы сначала просто начали возить профнастил из Уфы. А потом я съездил в Уфу, посмотрел, как организовано производство, и понял, что мы тоже сможем это сделать. Взял кредит, нашёл помещение, и мы купили стан. Кстати, тогда Интернета ещё не было, информацию находить было сложнее. Пришлось порыться в газетах. Может, помните, были тогда газеты рекламных объявлений типа «Из рук в руки»? Выяснил, что всего три завода производят оборудование для изготовления профнастила. Договорился в Самаре.

Кстати, между Уфой и Челябинском мы стали в тот момент первыми производителями. Остальные возили и торговали, как посредники. Мы же производили сами. Первые в горнозаводской зоне.

— В каком году это было?

— Это примерно 2003–2004 годы.

— Сейчас ещё есть спрос на профнастил?

— Конечно. Мы же сейчас достойно конкурируем. Цены у нас хорошие. Кроме того, близкое расположение производителя выгодно ещё и тем, что, если человек просчитался, ему не хватило или он испортил материал, всегда можно прийти и докупить именно такой, какой брал. Во-вторых, мы торгуем металлом той толщины, которая указана на ценнике. К сожалению, сейчас некоторые производители начинают хитрить, и чтобы выиграть в цене, берут металл тоньше. Он соответственно и служит по-другому. Такие факты были зафиксированы комитетом по защите прав потребителей Усть-Катава. На нас за 30 лет работы ни одной жалобы не было.

— Вообще, сложно вести совместный бизнес? Как вам, родственникам, удаётся сохранять отношения, ведь деньги зачастую становятся камнем раздора во многих семьях.

— Честно сказать, сложно с родственниками работать. Но ведь со мной не только два брата работают, но и сын, шурин, два зятя, моя супруга, и дочь, бывает, подрабатывает.

— Семейный бизнес получается.

— Честно сказать, я не планировал семейный бизнес. Да и сложно его таким назвать. Вот, например, семья Слеповых ведёт семейный бизнес. А у нас, по сути, у каждого брата уже своя семья. Конечно, по большому счёту, мы все — одна большая семья. Наш бизнес условно можно назвать семейным. На мой взгляд, семейный — это когда во главе стоит отец, причастны его дети.

— В чём сложность ведения такого бизнеса, как у Вас?

— Сложности есть всегда и во всём, мы просто стараемся их вместе преодолевать.

— Ну, и как же выходите из сложных положений?

— Как?! Ну, вот, например, сын со мной работал, зять, начались претензии. Я сказал: «Хорошо. Вот база в Юрюзани, в Симе, вы там сами работайте». Получается, у них сейчас самостоятельный бизнес. И проблем нет в таком случае.

Это только со стороны кажется, что нам легко, ведь мы — семья. Мы, безусловно, семья, но у каждого свои интересы, представления о жизни и работе, запросы, и сохранять отношения там, где присутствуют деньги, всегда нелегко. Не случайно народная мудрость гласит: «Чем точнее расчёт, тем крепче дружба». Ведь редко кто смог сохранить партнёрство. В Усть-Катаве, по-моему, остались мы, братья Федосовы, ещё Крестовских на пару с Игорем Григорьевым работает, и у Ремезова был напарник, но он умер.

Нам приходится искать компромиссы. Я, например, общее руководство осуществляю, Наиль занимается технической стороной, следит за оборудованием. Функции разделены, каждый делает то, что может.

— После профнастила какой этап наступил?

— Да никакого этапа больше не было. Мы просто постоянно расширяем ассортимент. У нас сейчас только профнастила четыре линии. Профнастил, металлочерепица, четыре вида штакетника, водосливную систему полностью сами делаем. Сетку рабицу производим. Между прочим, она очень большой популярностью пользуется. Сетка у нас недешёвая, потому что материал используем качественный: толстая проволока с хорошим покрытием. Специально ездим в Ревду за проволокой, где качественное покрытие делают. Оно прям блестит, как нержавейка. Такая сетка 50 лет точно простоит. По ГОСТу сетка рабица должна простоять 40 лет. За нашу я 50 лет даю точно!

Если честно, то мы порой за спросом не успеваем, потому что производить сетку очень трудно. Мотает сетку у нас кладовщик, других не смогли обучить.

Я бы ещё хотел отметить, что у нас очень стабильный коллектив. Костяк работает очень давно. Коллектив дружный. Например, бухгалтер Елена Тюкова работает 17 лет. Менеджер Кристина Алёшина — 10 лет. Недавно ушла на пенсию кладовщица Надежда Симутина, она проработала больше 20 лет. В последние годы работала маляром и уборщицей. И кладовщик Вячеслав Лебедев отработал с нами тоже больше 20 лет. И, конечно, все эти годы вместе со мной моя супруга Алла Гималетдинова. Она много лет ведёт учёт на производстве профнастила и до сих пор является действующим предпринимателем.

— То есть людей, как перчатки, не меняете?

— У нас костяк вообще очень надёжный. Чаще всего меняются грузчики, но и то грузчик, который пришёл самым последним, уже отработал 4 года. Всё-таки мы нормальную зарплату платим, а главное — всё официально. У нас соцпакет.

— Не сожалеете, что пошли работать на себя, занялись бизнесом? С какими сложностями пришлось столкнуться?

— Главная сложность — нехватка денег, оборотных средств. Приходилось брать кредиты. Но сейчас уже принципиально не беру кредиты последние лет пять. Мы работаем с поставщиками большие годы, и сформировалось определённое доверие, нам дают товарные кредиты. Но это всё нарабатывалось годами.

— Пандемия как-то отразилась на бизнесе?

— В пандемию продажи не упали. Народ, наоборот, начал строиться. Многие же начали искать возможность из квартир уйти в дома. А дома нужно было приводить в порядок. Так что в пандемию у нас работа была, даже много её было.

Больше негативного влияния на нашу работу оказывает рост цен на металл. Производитель выигрывает, а мы зачастую несём потери.

— Как выходите из положения в такие моменты?

— Нам, конечно, приходится варьировать. Когда цена поднимается, у нас, например, ещё есть какой-то остаток. Мы его продаём, а цена резко выросла. Нам вырученных средств не хватает. Работаем в ноль, а порой и в минус, потому что даже в хорошие годы моржинальность на профнастиле небольшая, не более 15%. Производство же профнастила — не высокотехнологичное производство, поэтому оно не столь прибыльное.

— Как пережили последний рост цен на металл в начале нынешнего года?

— За счёт своего опыта. Этой весной, если честно, мы получили несколько миллионов убытка, когда цены на металл начали падать. Мы-то его закупили по дорогой цене, а продать по такой уже не могли. Поэтому нам не выгодны ни рост, ни падение цены.

Это выгодно только производителям. В России всего четыре крупных хозяина металла. Я полагаю, они договариваются и поднимают цену.

Помню 2008 год. Тогда тоже цена росла, росла, а потом в один момент упала в течение месяца в два раза. Тонна стоила 48 тысяч, а стала — 24. Что нам делать в таких ситуациях? Могу только сказать одно: заработать большие деньги не получается.

Мои товарищи, которые в Уфе, в Челябинске работают, миллиарды заработали, но я не хочу жить в большом городе. Там вся жизнь будет состоять только из работы. Там дружба и общение в основном корпоративные. Они почти не ходят в гости к родственникам. А здесь, во-первых, экология иная. И течение жизни более спокойное. Здесь все родные. Так что я здесь прирос.

— Как можете оценить результаты своего труда за эти годы?

— Если честно, не оценивал. Богатство ведь не в деньгах. Я занимался тем, что мне нравилось. Просто работал и давал работу людям.

Конечно, когда мы начинали, были единственными. Потом потихоньку начали конкуренты появляться, приходилось бороться за покупателя. Считаю, что в своём деле я специалист. Рынок металла хорошо знаю. В принципе, я на это учился, ведь по специальности — инженер-механик. Это только на начальном этапе была торговля, а потом появились производства. А нашим преимуществом стало то, что к нам удобно обращаться. Мы в любое время можем предоставить те же самые материалы. Не рассчитали вы с профнастилом — пришли и докупили. Помяли вам на заборе пару штакетин — то же самое. Не хватило сетки рабицы — вы приходите и берёте такую же.

Но самое главное достояние — это наш сплочённый коллектив! Пользуясь случаем, хотел бы поздравить всех с юбилеем нашей фирмы!

Добавить комментарий


Похожие материалы (по тегу)

  • Наталья Балахнина: «В другой сфере работать не смогу»

    Пару лет назад мне довелось быть на юбилее, проходившем в банкетном зале вокзала. Само место для праздника показалось несколько необычным, но кухня тогда понравилась. И как-то призабылось это. И тут в поисках очередного «героя» для нашей рубрики «Бизнес по-устькатавски» вспомнилось.

  • На усть-катавском предприятии сделали пантограф для чешского трамвая

    В России всего три предприятия, выпускающих пантографы, ООО ТД «Вагоностроитель» в их числе. 20 июля стал днём рождения пантографа «Донбасс».

  • «Sushi Moji» - приносим сервис в малые города

    Куда приводят мечты, если устал от прежней работы, и как за один год закрепиться на рынке не только своего города, но и соседней Юрюзани – узнала «Усть-Катавская неделя».

  • Как из семейной традиции сделать семейный бизнес

    Часто можно услышать стереотип, что бизнес — дело не женское. Что, мол, для открытия торговой точки, а уж тем более своего производства нужен мужской, волевой подход и хороший опыт. Наталья Воробьёва опровергает эти суждения.

  • Как заработать в мире реальном и в мире виртуальном?

    Не так давно в нашей газете мы решили рассказать о предпринимателях нашего города, преимущественно о лицах новых в этой среде. К примеру, о молодёжи, которая смогла достичь неплохих успехов в разных видах бизнеса. О том, что традиционный бизнес уже давно плавно перешёл в мир интернет-пространства, известно всем. И если раньше словами «работаю из дома» можно было только удивить, то сейчас свободные от графика, рабочих смен и отпусков люди встречаются намного чаще.

Поздравления

Комментарии
Календарь
« Январь 2023 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

Афиша

Опрос

Нужен ли забор кедровой аллее в МКР-2?

Нет, это выглядит непривлекательно. - 58.8%
Да, не все деревья достаточно взрослые. - 11.3%
Поставить сетки у не совсем подросших деревьев. - 30%

Всего голосов:: 80
Голосование по этому опросу закончилось в: 06 Сен 2021 - 08:41

Объявления