12+  

Человек труда. Кто не знает дядю Ваню? Дядю Ваню знают все!

Автор 
Оцените материал
(4 голосов)
Человек труда. Кто не знает дядю Ваню? Дядю Ваню знают все! Человек труда. Кто не знает дядю Ваню? Дядю Ваню знают все!

Фото А. Петухова

Среди устькатавцев среднего и пожилого возраста трудно найти такого, кто бы не знал дядю Ваню. Это водитель автобуса, отдавший многие годы своей жизни служению людям.

Иван Григорьевич Петраченков родился в Брянске в многодетной семье (две сестры и пять братьев). Его мама умерла, когда мальчику было всего три года. Окончив девять классов школы, он пошёл работать на Брянский машиностроительный завод (во время Великой Отечественной войны эвакуированный в Усть-Катав) учеником сверловщика. Через две-три недели обучения получил 3 разряд и приступил к самостоятельной работе. Но вскоре пришло время отдавать воинский долг Родине, и военкомат отправил молодого парня на 3-месячные курсы водителей, по окончании которых Ивана призвали на службу в Германию в сентябре 1967 года.

— На ГАЗ-51 я исколесил всю Германию, развозил продукты, — вспоминает Иван Григорьевич. — На самом деле практически вся техника в нашей части была списанной, мы, по сути, были смертниками, живым щитом, ведь стояли в 7-и км от границы с ФРГ и в 12-и км от Чехословакии. В случае нападения нашей задачей было на полчаса-час задержать противника до подхода основных сил. Имеющейся у нас техникой нужно было перекрыть границу. У нас и учения регулярно такого рода проходили, особенно когда в ФРГ начинались свои.

Однако несмотря на это, машины мы содержали в рабочем состоянии. Перебирали двигатели, ходовку, подкрашивали. Так что, по сути, мой жизненный путь был уже предопределён. Я как взялся за баранку в 1967 году, так пока и не выпускаю её из рук, хотя сейчас уже только на личном автомобиле. В июне 2021 года, когда менял водительские права, специально отказался от всех категорий, кроме «В», чтобы даже соблазна не было.

 

Как и большинство советских парней, вернувшись со службы, Иван вновь устроился на завод в Брянске, но надолго там не задержался. Решил поискать счастья в Калининграде, где жили три его старших брата: два фронтовика и один служивший в армии в Прибалтике. Но ведь не стеснять же их, поэтому искал работу с предоставлением общежития. Конечно же, в первую очередь искал работу водителя, лучше дальнобойщика на зарубежные поездки. Но дальнобойщиком не взяли, так как служил за границей, нужно было, чтобы пять лет прошло. Поэтому устроился на судоремонтный завод «Янтарь» слесарем-мотористом. Но в этом же общежитии жили и работники автотранспортного предприятия.

— Иван Григорьевич, не пойму, откуда у Вас тяга к автотранспорту? Вы ведь обучились на сверловщика, потом слесарем устроились. Почему искали себя ближе к транспорту?

— Я два года в Германии оттарабанил на машине, изъездил всю страну, где только не бывал, в каких городах! Естественно, за машиной сам следил, ухаживал, стал разбираться и понял, что это моё. У меня уже здесь, в Усть-Катаве, случай был, когда мы со сменщиком Витей Пядышевым за ночь разобрали и собрали весь двигатель автобуса, потому что в 5:30 уже нужно было в рейс идти.

 

И как было упустить такую возможность! Жить в общежитии, где ты уже всех знаешь, и работать там, где душа поёт! Иван переходит в автотранспортное предприятие. Водителем сразу не взяли, только в техпомощь на базе венгерского «Икаруса». Изучил он этот автобус вдоль и поперёк, а попутно отучился на курсах мотористов. По итогам выпускных испытаний получил 4 разряд. И как только освободилось место водителя автобуса, тут же занял его. Колесил по городским маршрутам около двух лет, пока дорогу ему не перешла усть-катавская красавица Татьяна Мурыгина. Молодая девушка вместе со своей мамой приехала в Калининград погостить у старшей сестры. И не устоял балагур Иван перед её молодостью и красотой. Рванул вслед за ней на Урал в поисках своей судьбы.

В 1974 году молодые расписались и поехали жить в Калининград, ведь у мужа там работа! В 1975-м у них родилась дочь, и молодая семья переехала в Усть-Катав, поближе к родителям супруги, чтобы у ребёнка были бабушка и дедушка.

Ивану Петраченкову предстояло найти себя на новом месте. Конечно, он направился на автотранспортное предприятие, в автоколонну № 4 Катав-Ивановского АТП, водителем автобуса. Правда то, что дали новичку, и автобусом сложно было назвать, у него даже колёс не было. Начальство предложило восстановить технику, если есть желание работать, и Иван восстановил. Через три недели ПАЗик вышел на маршрут «Плотина — МТС». Именно в это время случилось трагичное ДТП, которое Иван Григорьевич прокручивает в голове в мелких деталях до сих пор. И хотя его вины в нём не было, забыть случившееся тоже не получается. При этом экспертиза признала автобус полностью исправным, что, безусловно, придало авторитета молодому водителю. А учитывая, что он ещё и не злоупотреблял, его востребованность стала быстро расти.

В это время в руководстве предприятия начались перестановки. Одного сняли, другого, прислали из Аши, из Трёхгорного, местных попробовали — не идут дела. И тут в 1978 году Евгений Петрович Сергеев, председатель горисполкома, предложил Ивану Петраченкову возглавить автоколонну. А он не растерялся да и говорит: «Что я за начальник, если по квартирам с семьёй мыкаюсь?!» Сергеев пообещал, мол, если согласишься, завтра ордер получишь. Иван Григорьевич тоже не лыком шитый, парировал: вот тогда завтра и начальником стану. В общем, ордер он получил в этот же день, а в течение трёх дней — ещё и телефон стационарный впридачу.

Водители сначала обрадовались, что свой, из водителей, возглавил предприятие, а потом некоторые и пожалели, ведь он всю кухню изнутри знал. В первый месяц было непросто приучить всех водителей заработанные в рейсе деньги в кассу сдавать. Пришлось Ивану Григорьевичу и контролёром поработать, выйти, например, ночью к вязовскому автобусу и посмотреть, сколько пассажиров и у кого есть билеты. Но порядок он навёл, несмотря на то, что среди водителей было много вернувшихся из мест не столь отдалённых, и порой дело до угроз с ножом доходило.

В первый месяц «правления» Ивана Петраченкова предприятие чуть-чуть план не выполнило, а уже по итогам квартала премию получило. В коммунисты Ивана Григорьевича «сватать» начали, да только он сразу предупредил, что неудобный: «Если стану коммунистом, вас оттуда выгоню». Больше предложений не поступало.

За месяцы руководства колонной Иван Григорьевич сделал её лучшей на предприятии, то есть среди катав-ивановской, юрюзанской и усть-катавской. Однако летом 1979 года, отладив работу, он опять ушёл в водители.

— Семью кормить надо было, — поясняет он. — У начальника автоколонны зарплата была 135 рублей, водителем же до 300 можно было заработать. А на междугородних рейсах и до 900. У меня в 1979 году сын родился, так что мне зарабатывать нужно было, да и общения с пассажирами не хватало. Они для меня как воздух. Я подпитывался от них. Понимаете, вот как артист прикипает к зрителю, так и водитель — к пассажирам. Нет зрителя — нет артиста. Вот так же для меня необходимо общение с пассажирами.

— Но ведь пассажиры разные бывают — и хамить, и скандалить могут?

— Конечно, разные, но за все годы работы у меня не было конфликтов с пассажирами.

— Вы не ругались, а они могли же?

— Ну, заходит мужик, матерится. Он же герой, пока один. Я ему говорю: «Думаешь, я так не умею?» И всё. Ведь если мы вдвоём материться начнём, это уже никому не интересно.

— Иван Григорьевич, но ведь возить пассажиров — огромная ответственность, не страшно было?

— Да мне с людьми как-то всегда спокойно было. Раньше ведь дороги немного чистили, но не посыпали. Подъезжаю я к Революционке. Как в гору заехать? Оборачиваюсь в салон и спрашиваю: «Поедем в гору или пешком пойдёте?» Конечно, всем ехать хочется. Тогда говорю: освободите мне первые три ряда сидений, пройдите все в зад салона. Автобус-то заднеприводный, чтобы заехать, надо зад прижать. А в салоне все 33 сидячих места заняты, да ещё несколько человек стоя едут. Ну, большинство пассажиров с первых сидений меня послушали и перешли назад. А одна дама, хорошо одетая, вроде интеллигентная, сидит. «Будете сидеть — автобус никуда не поедет», — говорю ей. Посидела-посидела и выполнила мою просьбу. Заехали в гору.

Или, бывало, на ПАЗике к Революционке подъезжаю, а у него прокладка под карбюратором пробита, и когда даёшь обороты выше средних, он свист издаёт, прям как Соловей-разбойник. Ладно, думаю, пригодится, и обращаюсь к пассажирам: «Как поедем? Со свистом или молча?» Кто-нибудь обязательно скажет: «Давай со свистом!» А я и рад стараться, первую передачу включаю, газ до пола — такой свист, аж уши режет. И так всю гору до самого ларька. Народ уже под конец вроде возмущаться начинает, а я говорю: сами же просили.

Отдельная песня — поездки на межгород. После Олимпиады–80, где-то в сентябре пришёл новый автобус ЛАЗ, я на нём в Златоуст ездил. А потом уже пригонял и себе, и ребятам автобусы из Львова. На таком уже до Челябинска ездил.

Без жутковатых ситуаций на дороге, конечно, не обойтись. Хорошо помню, как на Уреньге в автобус, в лоб «Жигули» прилетели да так, что у неё передние колёса отвалились. Я-то успел автобус остановить, а «Жигули» обгоняли грузовую и — прямо в лоб. Водитель живой остался, но не помнил, что случилось. А у автобуса все фары разбиты и передние стёкла в салон ушли. А зима! Я на попутке в ГАИ Златоуста съездил. Меня освидетельствовали. Вернулся. Снял спинки с задних сидений, заложил ими стёкла. Снял защитные стёкла с поворотников, чтобы лампочки ярче горели — фар-то нет. И потихонечку повёз пассажиров в Усть-Катав. Такое тоже бывало!

— Сколько лет Вы отработали на междугороднем автобусе?

— Около пятнадцати. В октябре 1995 году мне присвоили звание «Почётный автотранспортник Российской Федерации». Я благодаря этому и звание «Ветеран труда» получил. А годом раньше мы с напарником получили звание «Лучший экипаж Челябавтотранса». Тогда пару десятков районных городов было, откуда междугородние автобусы ходили. В каждом было своё автотранспортное предприятие. Так вот среди всех предприятий области мы с Виктором Пядышевым были признаны лучшим экипажем Челябавторанса. Можете себе такое представить?!

Директор Челябавтотранса Сергейчик приехал к нам, чтобы проверить информацию. По отчётам наш экипаж отработал 365 дней в году одним автобусом в Челябинск. Вот в это время мы двигатель за ночь перебирали, но не сорвали ни одного рейса.

Снегопад, вьюга, соседи отменяют рейсы, а мы выходим. Трёхгорка вернулась, Аша не поехала. Я еду тихонечко. Проезжаю нижний златоустовский перекрёсток. Смотрю, меня обгоняет автобус на новой шипованной резине. Ну, ладно: «Удачи тебе, парень!» Ползу. Вижу на спуске на левой стороне он лежит на боку, ещё колёса крутятся. Тормознулся, людей к себе забрал и — дальше: одной стороной по асфальту, другой — по обочине, ползу под горку тихонечко. До Чебаркуля доехал, а там гаишники дорогу перекрыли совсем. Заехал в Чебаркуль на железнодорожный вокзал, высадил пассажиров. Там электричка каждый час идёт, так что они точно до Челябинска доберутся. Ну, не обратно же их везти?! Сам вернулся на трассу, попросил гаишников мне стукнуть, когда движение откроют, и прилёг отдохнуть. Движение открыли, я — в Челябинск на вокзал забирать пассажиров в обратный путь. Диспетчер на вокзале в шоке, с нашей стороны ни один автобус не пришёл. Я сначала усть-катавских пассажиров взял, на оставшиеся места — попутных, и — в обратный путь.

Конечно, опыт у меня большой. Я ведь и начинающих водителей сколько стажировал! Это сейчас не стажируют. А раньше 230 часов нужно было отстажироваться, прежде чем самостоятельно пассажиров повезти.

— Сколько лет Вы не работаете с пассажирами?

— Шесть. Ушёл, потому что умер тесть, а тёще уже девяносто было. Она в частном доме одна осталась. Помогать нужно, за домом смотреть. С работой у меня ничего не получалось.

— Вам есть с чем сравнивать, работали в государственном АТП, работали у частника на маршрутке. Как всё-таки должны быть устроены пассажирские перевозки?

— АТП должны быть. А сейчас спросить не с кого.

— Вы нашли себя в профессии?

— Оптимизма во мне море, поэтому, наверное, да.

— А то, что в Усть-Катаве жизнь прошла, не жалеете?

— Нисколечко. Здесь такая природа! Я ведь лиственницу впервые на Урале увидел. Думал, что сосна засохла, а когда весной она зазеленела, пришлось спрашивать, что это за чудо (смеётся).

Я очень рыбалку люблю. Да, и животных. Тут всё есть. Вот сейчас кошка и собака в доме тёщи — мои друзья.

— Если сейчас начать жизнь сначала, что бы выбрали?

— Только пассажирские перевозки, хоть даже на санках или рикшей. Лишь бы общение с пассажирами было! Я тут на досуге (на пенсии) как-то прикинул, сколько пассажиров за свою трудовую деятельность перевёз. Так вот у меня около 17 млн получилось. Целая Москва с гастарбайтерами! В былые времена из центра в МКР за смену по тысяче пассажиров перевозил!

Добавить комментарий


Похожие материалы (по тегу)

Комментарии
Календарь
« Сентябрь 2022 »
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30    

Афиша

Опрос

Нужен ли забор кедровой аллее в МКР-2?

Нет, это выглядит непривлекательно. - 58.8%
Да, не все деревья достаточно взрослые. - 11.3%
Поставить сетки у не совсем подросших деревьев. - 30%

Всего голосов:: 80
Голосование по этому опросу закончилось в: 06 Сен 2021 - 08:41

Объявления